В интервью «Зеркалу» советник Светланы Тихановской Франак Вячорка рассказал, что демсилы через своих союзников, которые ведут переговоры с режимом, предлагают Лукашенко отменить запрет на оказание консульских услуг беларусам за рубежом. Взамен предлагают прекратить выдачу паспортов Новой Беларуси. Власти пока на эту уступку не идут, но могут ли в будущем? В новом выпуске шоу «Как это понимать» обсудили журналист Глеб Семенов и аналитик Артем Шрайбман.
— Насколько паспорт Новой Беларуси — ценный ресурс для торга с беларусской властью? — уточнил Глеб Семенов.
— Будет неловко, если демсилы прекратят его выпускать просто так. Не потому, что беларусский режим пошел [на сделку], — считает Артем Шрайбман.
— Для меня, как для обычного читателя, так и прозвучало. Может быть, такой смысл в эти слова не закладывали, но выглядело, как будто они сами в проект не верят, поэтому легко от него откажутся. Только нужен повод.
— Если бы такой повод появился, думаю, это действительно было бы подарком. Но мне сложно комментировать, потому что я с самого начала скептически высказывался по этому поводу. И сейчас заявлять что-то вроде «я же говорил» кажется неуместным.
С паспортом Новой Беларуси происходит то, чего многие ожидали. Насколько это угроза для режима? Пока он является никем не признанным документом, в чем она? Не происходит параллельной легитимизации через другой политический центр в изгнании. Если бы наблюдался эффект домино, страна за страной его признавали, в такой ситуации обмен паспорта на что-то со стороны режима был бы вполне достижимой сделкой. <…> Либо тогда документ стал бы активом, который бы не хотелось просто так отдавать.
Но почему Лукашенко должен отказаться от конкретной санкции в адрес уехавших беларусов просто в обмен на сворачивание пока символической инициативы? Мне непонятно.
Я думаю, есть два пути, как могут отменить это решение. Первый. Если окажется, что этот указ, который закрыл возможность беларусам менять паспорта и делать доверенности в посольствах, создает большие бюрократические проблемы для не задействованных в политике людей. И если для самой системы по бюрократическим причинам будет появляться все больше неудобств. Например, станет некомфортно из-за того, что какие-то сделки невозможно провести, или просто из-за объема неполитизированной эмиграции.
Мы пока не в этой точке. Думаю, у многих людей есть возможность приехать в Беларусь. Соответственно, они вынуждены тратиться, но могут решить вопросы с паспортами и доверенностями. А масштаб тех, кто не может ездить, пока не критический, чтобы власти задумывались о дискомфорте.
Второй путь. Если этот вопрос станет частью переговоров между Западом и Минском о взаимной деэскалации. Частью дорожной карты, взаимных уступок, когда после освобождения политзаключенных стороны подойдут к вопросу, что можно разменивать дальше. И западные страны скажут: «Ну хорошо, вот мы подошли к санкциям, которые можем положить на стол переговоров, но вы должны отменить такие-то указы, судебные решения об экстремизме, разрешить людям возвращаться в страну, не преследовать их». И так далее. То есть следующая стадия уступок.
В целом решение проблемы в интересе западных стран. Там куча беларусов без документов, возможности вступать в брак, разводиться, получать апостили. Непонятно, что делать с детьми людей, которые не могут вернуться. Поэтому есть вероятность, что на следующих этапах диалога с Минском (если бы он шел и был прогресс) подняли бы этот вопрос. В принципе, не думаю, что в таком случае для беларусской власти стало бы проблемой отменить дискриминационную меру.
Но мы пока не в той и не в другой ситуации. Поэтому как бы демсилам ни хотелось оказаться субъектом этого разговора, на данный момент им не хватает политического ресурса.
Читайте также
