Беларуска, живущая в Европейском союзе, рассказала «Зеркалу», что с ней связались из КГБ и попросили сообщать об активностях диаспоры и мероприятиях демократических сил в ее городе. Делать это предложили за деньги. Точных сумм не назвали, но гонорар обещали переводить на банковский счет или криптовалютой. Возможны ли подобные гонорары? За какую информацию могут платить силовики и сколько? Спросили у представителя BELPOL, бывшего сотрудника уголовного розыска Владимира Жигаря.
«Один может выставить сумму в 2000 долларов, и они скажут: „Окей“»
Владимир Жигарь уточняет: платить обычным людям за информацию могут не все силовики, а лишь те, кто «занимается ситуацией снаружи Беларуси». Например, КГБ или ГРУ (Главное разведывательное управление Генштаба Вооруженных сил). Работают они с людьми за границей.
А как же МВД? Экс-силовик отмечает, что это министерство, как правило, работает с людьми внутри страны — и у них для этого своя система.
— В милиции с информаторами заключают официальный контракт, и человек трудоустраивается в тот же «Ларискор» (агентурная организация МВД, куда устраивают «шпионов». — Прим. ред.). А может просто быть агентом, выполняющим те или иные задания за деньги, — отмечает экс-силовик.
По словам представителя BELPOL, в случаях, если гонорар за информацию предлагает КГБ, никаких договоров никто не заключает. В ведомстве есть средства на оперативные нужды.
— Условно, механизм сделки можно описать так: человек передает информацию, а ему сбрасывают деньги. Никаких подтверждений, что он получил определенную сумму, от него не просят. Позже сотрудник составляет мотивированный рапорт. В нем указывает: сколько было потрачено, в связи с чем, и какая информация получена, — объясняет Владимир. — Насколько мне известно, четких расценок тут нет. Один может выставить сумму в 2000 долларов, и они скажут: «Окей». А другой попросит 100 и услышит: «Это многовато для такой информации». Все зависит от того, как договоритесь. Но это не миллионы долларов.
Если цена вопроса перейдет в категорию цифры с шестью нулями, оплату проведут иначе.
— Например, через дипломатов, посольства, — перечисляет Жигарь. — При этом получение денег будет записываться на камеру. Информатор подпишет соответствующие документы. Правда, чтобы беларусские спецслужбы кому-то столько платили, я не слышал.
За какую информацию силовики готовы предоставить гонорар? Представитель BELPOL говорит, что критерий у сведений лишь один — они должны быть оперативно значимыми.
— Это может быть что-то небольшое или, наоборот, значительное, — рассуждает он.
«Тот, кто хоть раз получил деньги от спецслужб, сразу становится уязвимым»
Владимир Жигарь рассказывает, что средства на оперативные нужды заложены в бюджете и милиции, и спецслужб. Их выделяют из разных источников: как из государственной казны, так и из тех денег, «которые люди платят за свободу».
— Это касается не только политически мотивированных уголовных дел, но и экономических, — подчеркивает экс-силовик. — А вообще мы говорим о спецслужбах государства. Они могут использовать хоть весь госбюджет для выполнения задач. Так что деньги есть.
Собеседник добавляет, что рассчитываться с человеком могут как угодно, но чаще всего используют криптовалюту.
— Деньги перечисляют не обязательно от КГБ. Они могут прийти, например, к айтишнику и сказать: «Дружок, чтобы тебя никто не задержал, ты должен отправить столько-то биткоинов на этот счет. Тебе зачтется». Человек переводит. В этом случае рапорт о расходах могут даже не прилагать, — добавляет он. — Кроме того, они могут привлечь для этих целей дропа, то есть посредника. Человека, которого используют в качестве некой финансовой прокладки.
Владимир Жигарь предостерегает: не стоит играть со спецслужбами и брать от них деньги.
— Потому что в этом случае вы сотрудничаете со спецслужбой иностранного государства. Если об этом станет известно силовым органам страны, где человек находится, то, скажем так, его «европейский уикенд» закончится, — образно объясняет собеседник. — Вообще тот, кто хоть раз получил деньги от спецслужб, сразу становится уязвимым. У них появляется точка давления. Если человек откажется выполнять их дальнейшие задания, и это уже будет бесплатно, они сольют информацию о его сотрудничестве с КГБ.
Как силовики это докажут, если перевод получен в биткоинах, а переписку в Telegram человек почистил?
— Вы думаете, к моменту перевода они уже не знают все о человеке? Думаете, они не сделали скрины переписки, не сохранили голосовые или видеозвонки? Как только информатор попытается спрыгнуть, данные о его общении с силовиками появятся, допустим, в провластных телеграм-каналах или их опубличат через каких-нибудь полезных дураков. К тому же стоит учитывать, что операции с криптовалютами и сведения о них в Беларуси полностью контролируются режимом Лукашенко, — заключает представитель BELPOL.
