Брестчанка Ольга уехала из Беларуси в апреле 2024-го после того, как задержали ее друзей. Они успели передать, что силовики ей интересовались. Не дожидаясь «гостей», женщина с мужем перебралась в Польшу. После отъезда прошло полтора года. И тут беларуске стал писать следователь, который настойчиво просил пообещать, что она не вернется на родину. Подробности истории Ольга рассказала «Зеркалу».
Уже после отъезда Ольга узнала, что в отношении нее возбуждено уголовное дело по ст. 342 УК за участие в протестах 10 августа 2020-го. После отъезда силовики ею не интересовались — до октября нынешнего года.
— Следователь из Бреста представился как Иван Бойко. Он сначала связался с моими знакомыми в Беларуси и сказал передать, чтобы я с ним поговорила. Давления не было, просто вежливо попросил, — рассказывает женщина.
Но Ольга не спешила выполнять просьбу. В итоге Бойко сам нашел контакт брестчанки и позвонил ей в Viber. Представился, а потом очень просил и ее, и мужа заполнить странный документ с названием «Объяснение», шаблон которого отправил в чат.
В документе нужно было указать фамилию, имя, отчество и год рождения, адрес регистрации в Беларуси. А также новый адрес, по которому Ольга живет в Польше, и ее польский номер телефона.
— Он очень настойчиво спрашивал адрес. Но потом говорил, что в Польшу за мной никто не поедет, — уточняет собеседница.
Дальше в заявлении предлагалось подтвердить, что Ольга знает об уголовном деле по ч. 1 ст. 342 УК и то, что возвращаться в Беларусь не планирует, «так как переехала окончательно».
— Как сказал следователь, это нужно, чтобы он положил дело на полочку и забыл. Потому что якобы иначе оно будет открыто, — пересказывает слова силовика собеседница.
Поговорив с сотрудником СК, Ольга не стала ему ничего отправлять. И через пару дней тот снова перезвонил и поинтересовался, почему женщина ему не пишет.
— Я сказала честно, что ничего делать не буду, так как это угрожает моей безопасности, — объясняет беларуска. — Он опять стал убеждать меня, что документ нужен, просто чтобы он положил дело на полочку и больше к нему не возвращался. А когда понял, что я все же ничего не напишу, расстроился. И сказал, что «уехавшие слишком много своих прав знают», поэтому мужу моему он даже звонить не будет. И через какое-то время удалил фотографию заявления.
Юристка правозащитного центра «Вясна» Светлана Головнева в комментарии «Зеркалу» отметила, что подобное «объяснение» не станет основанием для закрытия «уголовки».
— Если человек уезжает из страны после того, как в отношении него возбудили уголовное дело, или не возвращается, зная, что таковое есть, он считается скрывшимся от следствия, — рассказывает она. — В таком случае течение срока давности приостанавливается, и даже при большом желании следователь не сможет ничего сделать.
Головнева отмечает, что сотрудник СК, который связался с Ольгой, может говорить правду о желании «положить дело на полочку». Определенная выгода от подписанного подобного заявления для него возможна.
— Это может быть нужно для приостановления предварительного следствия. Пока оно приостановлено, следователь над делом не работает, — рассказывает Светлана. — А вот для чего силовикам адрес и телефон в Польше, сказать сложно. Не исключено, что это просто формальность. Но возможно, есть и другие мотивы. В любом случае, если человек раскроет свое место жительства, есть риски, что этим могут воспользоваться, оказывать давление.
