Верующие люди в эмиграции заново выстраивают отношения с церковной общиной. О том, сложно ли это и есть ли различия между церковью в Беларуси и Польше, журналистка MOST поговорила с прихожанкой протестантской церкви Татьяной и лидером беларусской службы Георгием Дмитруком.
«Обычно обсуждают бытовые дела и работу»
Татьяна посещает протестантскую церковь с 1997 года. В Беларуси женщина ходила в церковь «Новая Жизнь», которую в 2023 году власти ликвидировали, а здание церкви снесли. С переездом в польский Вроцлав в 2022 году она начала посещать протестантскую церковь там.
Татьяна говорит, это было несложно. К тому моменту прихожанами церкви были ее знакомые по минской церкви, а также друзья-украинцы.
— До переезда я три месяца учила польский. Но в моей церкви есть наушники и переводчик для людей, которые не понимают польский язык. Служение переводится на русский язык, так как основные иностранцы в церкви — это беларусы и украинцы. Нужно подойти к человеку, который занимается переводом, и попросить, чтобы тебе дали наушники. Это бесплатно.
Татьяна отмечает, что польские прихожане церкви хорошо относятся к украинцам и беларусам. Они вместе обычно обсуждают бытовые дела и работу.
Других отличий между беларусской и польской протестантскими церквями Татьяна не видит.
— Как и в Беларуси, служение начинается с прославления: мы поем христианские песни и молимся, затем пастор проповедует, а в конце — молитва покаяния — молитва для неверующих людей, которые хотят, чтобы Иисус вошел в их сердце и изменил их жизнь. После этого мы сразу не расходимся, а общаемся: у нас есть маленькое кафе с бесплатным кофе и чаем, иногда — печеньем. Атмосфера в церкви как в большой семье: стараемся помогать друг другу. Также помогаем Украине: закупаем то, что нужно для фронта, куда все это везут протестанты-волонтеры.
Беларуска рассказывает, что раз в полгода в их церкви проходит мероприятие под названием «Женский завтрак». Каждая участница готовит что-то для общего стола, а затем они приглашают неверующих друзей и знакомых. Во время мероприятия музыканты исполняют христианские песни, читается мини-проповедь, а также проводится лотерея, в рамках которой разыгрываются подарки. Аналогичное мероприятие проводится и для мужчин: они делают гриль и общаются друг с другом и с пастором. Также каждую неделю проходят молодежные служения, игры, чтение библии и ее разбор, общение.
— В церкви можно повенчаться. Также есть водное крещение, которое принимается осознанно по своей воле. За это деньги не берутся.
«В вопросе интеграции протестанты — наиболее приспособленная община»
Лидер беларусской службы Георгий Дмитрук объясняет, что все евангелистские церкви построены на одной доктрине. Некоторые различия между Беларусью и Польшей могут быть, но в той же мере, что и между церквями одного города.
— Протестантская церковь за счет своей уникальной теологии позволяет договариваться, находиться вместе, быть в согласии, быть в единении, даже если между церквями есть различия — например, в литургии. Каждый человек подыскивает себе церковь, которая ему ближе всего и в которой он чувствует себя максимально комфортно. В этом преимущество протестантизма, — говорит Георгий.
Он полагает, что в вопросе интеграции протестанты — наиболее приспособленная община.
— Где бы [человек] не находился — в Польше, в Америке, в Германии, в Швейцарии — в любой стране он может выбрать для себя общину, которая ему по сердцу. Я, например, выбрал себе общину, которая мне понравилась, и словно попал к себе домой. Я не почувствовал никакой разницы, невзирая на то, что большая часть говорит по-польски. [Некоторые члены общины] изучали наш язык в школе и могут разговаривать по-нашему. Поэтому атмосфера достаточно комфортная.
Службы по-польски он считает прекрасной возможностью интегрироваться в польское общество и улучшить знание языка. Но отмечает, что во многих городах одновременно существуют и польские, и беларусско-украинско-русскоязычные церкви. Так что у людей есть возможность посещать сразу обе церкви.
«Гонения на церковь действуют созидательно»
В чем Георгий видит различия между церковью в Беларуси и Польше последних лет, так это во взаимоотношениях церкви и государства. В Беларуси к евангельской церкви у государства постоянно были претензии.
Впрочем, он говорит, что «любые гонения на церковь действуют созидательно», поскольку в Евангелии сказано, что христиане, желающие жить благочестиво, будут гонимы.
«Если пастырь скажет: „Дайте мне денег“, — его уволят»
По словам собеседника, обряды, которые проводятся в евангелистской церкви, — крещение и причастие — являются полностью бесплатными. Они идентичны в Беларуси и Польше.
— Евангелистские христиане, за исключением некоторых конфессий, крестят людей во взрослом возрасте. Человек заявляет о том, что он хочет принять водное крещение, как написано в Евангелии, и церковь ему дает [такую возможность]. Человек, который принял водное крещение, становится полноценным членом церкви, невзирая на то, в какой церкви проходило крещение. Причастие — хлебопреломление — приходит в основной польской церкви один раз в месяц. Это добровольно и бесплатно.
Более того, [в большинстве протестантских церквей] человек может поднять руку или подать записку, выйти и рассказать свою историю, а точнее — свое свидетельство, и попросить, чтобы вся община за него помолилась. Никто за это никаких денег, естественно, не просит. Если какой-либо пастырь скажет: «Дайте мне денег…», — его уволят очень быстро, потому что у протестантов запрещено брать деньги за что-либо. Но у человека есть право пожертвовать.
Поощряется создание домашних групп
По словам Георгия, протестантская церковь уделяет большое внимание общению прихожан после службы, что особенно важно для эмигрантов.
— Это очень сильно поощряется. Если мы говорим о пострадавших беларусах или украинцах, которые находятся в эмиграции и у которых есть недостаток общения, то общению мы стараемся уделять внимания не менее, чем самой службе. Более того, мы поощряем то, чтобы люди, которые к нам приходят, создавали домашние группы для более тесного и неконтролируемого общения. Так люди разбиваются на группки: бизнесмены — к себе, дальнобойщики — к себе, молодежь — к себе и так далее. Мы это поддерживаем, потому что в таких условиях создаются горизонтальные связи, которые нас очень интересуют.