Силовики, которые дежурят на беларусской границе, стали вызывать на беседы и тех беларусов, которые давно не были в стране и решили съездить домой. Речь о людях, которые в 2020-м или после нигде «не засветились», то есть у них не было административных протоколов и в базе «Беспорядки» не указаны их фамилии. Вот что мы узнали.
Имена собеседников изменены для их безопасности.
«Просто побеседовать, хотим кое-что о вас узнать»
«Зеркалу» известны как минимум пять случаев допроса людей, которые давно не были в Беларуси. Все они произошли с начала июня по начало октября. Скорее всего, их больше.
По нашим данным, беларусские силовики звали на разговор как тех, кто ехал со стороны Литвы, так и тех, кто добирался со стороны Польши. Максим среди вторых. Мужчина уже лет семь живет в Польше. За это время на родине был дважды, последний раз в 2021-м. Летом 2024-го он снова решил проведать родных.
— Когда во время паспортного контроля сотрудница погранслужбы пробила по базе мой паспорт, попросила отойти в сторону и подождать, — вспоминает собеседник. — Сказала, к вам выйдут и будут с вами общаться. Я отошел.
«В сторонке» вместе с ним оказалось человек 25. Это люди из трех автобусов. Среди них были украинцы и поляк. В какой-то момент за всеми пришел пограничник и попросил подняться на второй этаж. Люди расположились в вестибюле. Их по очереди приглашали на беседу. Максим отмечает, что работали сразу два кабинета, где проходили «беседы».
— В кабинете, куда меня позвали, сидел сотрудник в форме пограничника. Бейджа или других знаков отличия на нем не было, — описывает встречу мужчина. — Когда спросил, почему меня позвали, он ответил: «Просто побеседовать, хотим кое-что о вас узнать».
За несколько лет до начала войны Максим не раз бывал в Украине. Ездил на отдых, к друзьям, по делам. В паспорте стояли печати о пересечении границы, силовик спросил, есть ли у него знакомые или родные в этой стране, служит ли кто-то из них в ВСУ, давно ли с ними общался. Были и более житейские вопросы. Например, где Максим живет в Польше, чем занимается, зачем едет в Беларусь, надолго ли.
Затем со своего телефона силовик зашел на странички Максима в соцсетях, полистал. Потом попросил мужчину разблокировать смартфон. Посмотрел галерею, дату съемок. Зашел в Telegram и WhatsApp, сделал несколько скриншотов переписок, которые сбросил себе.
— Ничего противозаконного в моем телефоне не было. Из контактов только родные и друзья из Беларуси. Пограничник все посмотрел и отдал мне, — продолжает Максим. — Наша беседа заняла минут 15−20. Проходила спокойно, никакого давления не было. Общение снимали на видео.
По словам Максима, к возможной проверке на границе он был готов и его техника тоже. О таких допросах ему рассказывали другие беларусы, ездившие на родину. Когда они узнавали, что мужчина не был в стране три года, сразу говорили: «Поедешь — готовься».
— Первый раз я о таком услышал где-то год назад. А потом на Пасху (в 2024-м православные отмечали ее в мае. — Прим. ред.) в Беларусь поехали двое моих знакомых, — рассказывает Максим. — Границу они пересекали в разные дни. Их обоих опрашивали. Как они заметили, на беседу вызывали студентов, которые учатся за границей, и тех, кто больше года не был в стране.
Когда Максим возвращался в Польшу, вопросов к нему уже не было.
«Спросили, есть ли у меня кто-то в Украине»
Константин переехал в Польшу в конце 2022-го. Последний раз на родине он был около полутора лет назад. Летом 2024-го поехал снова. Требовалось решить вопросы с недвижимостью. В базе «Беспорядки» он не значится, на «сутках» не сидел, по другим политическим «административкам» его тоже не привлекали.
— Во время контроля пограничник спросил: «Почему так долго не был в Беларуси?», на что я ответил: «Мешала работа», — описывает ситуацию Константин. — Он забрал мой паспорт и попросил подождать в стороне.
Среди ожидавших вместе с ним, в основном, оказались люди с украинскими документами. Также было несколько беларусов и граждан ЕС. Когда всех пассажиров автобуса проверили, за теми, кого попросили остаться, пришел молодой пограничник и проводил их на второй этаж.
Людей вызывали в кабинет по двое. Там с ними параллельно общались двое молодых мужчин в форме пограничников.
— Спросили, есть ли у меня кто-то в Украине, а дальше по мелочи, где работаю, где живу, — описывает ситуацию Константин. — Затем сотрудник долго копался в моем телефоне. Прошерстил почту, фотографии. Телеграм-аккаунт я на тот момент удалил.
С силовиком Константин общался около десяти минут. Все, говорит, проходило спокойно. На камеру его не снимали, по крайней мере, он этого не видел. После беседы мужчина, как и остальные люди, сидел в вестибюле, ждал, пока поговорят со всеми.
— В это время познакомился с женщиной из Минска, которая сказала, что теперь допрашивают всех, кто не был в Беларуси больше полугода, — вспоминает собеседник. — Рядом стояла другая женщина, она вспомнила, что ее дочь не была в стране год, и ее на границе тоже позвали на беседу.
«Это такая ловля в новой аудитории»
Глава BYSOL Андрей Стрижак говорит, что пока слышал только об одном случае, чтобы человека, который нигде «не засветился», но давно не ездил в Беларусь, вызвали на беседу при пересечении границы. Было это в сентябре нынешнего года. При этом руководитель фонда солидарности не исключает, что о подобных кейсах люди могли просто не сообщать.
— У человека спрашивали, участвовал ли он в каких-то активностях за рубежом, делал ли донаты. В общем, уточняли моменты, которые касаются его гражданской активности. А также смотрели телефон, — говорит собеседник.
По мнению Стрижака, появление таких проверок — это закономерная ситуация. Люди, которые долго находятся за рубежом, живут «совершенно другими реалиями»: в привычном им мире никто никого не сажает за подписки, лайки, комментарии, выражение мнения.
— Это такая ловля в новой аудитории. Силовики должны закрывать план по выявлению преступлений и правонарушений экстремистского, по их мнению, спектра. По этой же причине они ходят по электричкам, проверяют мобильные у рандомных людей. Это просто «чес», — рассуждает руководитель BYSOL. — А тут, скажем так, на тебя сам зверь бежит. Ты не ходишь, не ищешь в соцсетях. Человек перед тобой как на ладони. В рамках проверки на границе его можно отправить на личный досмотр, осмотреть его технику.
По мнению Андрея Стрижака, сейчас любая поездка в Беларусь это риск. Задумавшись о визите, «стоит все взвесить».
— Особенно это касается людей, у которых есть еще какие-либо документы. Например, кроме беларусского, американское гражданство, — говорит собеседник. — У режима нет морали. Учитывая, как развивается ситуация с Зенковичем (речь о политзаключенном Юрии Зенковиче, который вместе с беларусским гражданством имеет гражданство США. — Прим. ред.), не исключено, что силовики и режим могут решить, что для усиления своих торговых позиций им нужно больше людей с американскими или еще какими-то иностранными паспортами. В итоге человек может просто стать жертвой обстоятельств, заложником большого геополитического расклада.
