Австралийский генерал в отставке и стратегический аналитик Мик Райан опубликовал в твиттере серию постов, посвященных украинской стратегии в войне с Россией. Еще в мае этот же эксперт разбирал действия ВСУ и называл их «мастерами войны XXI века». Сейчас же Райан собрал все, что известно о действиях Украины на фронте, и интерпретировал сведения в рамках единого подхода, который назвал «стратегией коррозии». Публикуем пересказ того, о чем написал аналитик.
Кто такой Мик Райан?
Райан — отставной австралийский военный, в феврале этого года он перешел в запас в звании генерал-майора после 35-летней службы. Командовал рядом крупных подразделений австралийской армии, получил Орден Австралии за руководство первой австралийской оперативной группой в Афганистане.
Еще во время службы военачальник стал известен как военный исследователь и аналитик. Будучи выпускником американского университета Джона Хопкинса и Школы продвинутых боевых действий университета морской пехоты США, Райан в 2018 году возглавил Австралийский оборонный колледж в Канберре — главное заведение этой страны по подготовке офицеров. В 2021 году преподавал в Институте современной войны Военной академии США в Вест-Пойнте, сейчас выступает экспертом Центра стратегических и международных исследований (CSIS) — одного из крупнейших и наиболее авторитетных американских аналитических центров. «Убежденный сторонник профессионального образования и обучения на протяжении всей жизни», — сказано в описании его профиля на сайте CSIS.
В феврале 2022-го был опубликован большой труд Мика Райана — книга «Трансформированная война: будущее противостояния и конфликтов великих держав в XXI веке». Работа получила высокие оценки критиков и читателей.
Что такое «стратегия коррозии»?
«Нам важно изучить стратегию украинских военных и то, как они воюют, — пишет Райан. — Они предлагают важные идеи для модернизации западных вооруженных сил, многие из которых погрязли в интеллектуальных зыбучих песках времен холодной войны и доктрин COIN (методов контрпартизанской борьбы, которые, в частности, применялись США во время войн во Вьетнаме, Ираке и других регионах. — Прим. ред.). Во время вторжения российские военные были вынуждены постоянно переоценивать свои стратегические цели. Россия уменьшила масштаб своих политических целей в Украине и способов их достижения именно потому, что украинцы успешно сражались и подрывали российскую стратегию. С одной стороны, политические цели определяют то, как ведется война, но и итоги сражений точно так же влияют на политические цели. Успехам Украины способствовала удачная стратегия, реализованная с вдохновением и дисциплиной».
Что же это за стратегия? Райан называет ее «стратегией коррозии» — простым, по его мнению, подходом, разделенным на четыре направления. Цель каждого из них — постепенно разрушить способность России сражаться в Украине по одному из аспектов: физическому, моральному, интеллектуальному или в информационной среде. «Стратегия коррозии», по словам эксперта, предполагает атаки Украины на россиян там, где они слабы, чтобы задержать и расстроить боевые силы РФ. Подход выходит за рамки стандартной тактики и боевых операций, его главная цель — разрушить российскую военную стратегию целиком.
«Британский военный историк и теоретик Бэзил Лиддел Гарт описал это как непрямой подход. Он считал, что „результаты в [такой] войне редко достигались, если только подход не был настолько косвенным, что противник становился неготов противодействовать ему“. Украинцы приняли этот совет серьезно. Они атаковали самые слабые системы поддержки армии в полевых условиях: сети коммуникаций, пути тылового снабжения, тылы, артиллерию и старших командиров на их командных пунктах», — пишет Райан.
В пример аналитик проводит бои за Киев и Харьков: по его мнению, украинцы смогли победить россиян, потому что им удалось проникнуть в тыл армии РФ и уничтожить часть их материально-технической поддержки. По его мнению, это имело не только тактический эффект, но и оказало значительное влияние на боевой дух россиян, оказывавшихся без самых необходимых средств для наступления. Тем самым ВСУ «разъедали» северную группировку РФ физически и морально изнутри и форсировали ее «изгнание из Украины».
«Однако украинцы добились меньшего успеха с этим подходом на Донбассе. Из-за выравнивания линии фронта и сосредоточения большой части российских наступательных сил [в одном месте] украинцы были втянуты там в бой на истощение на многие недели, — объясняет причины отступления ВСУ на востоке эксперт. — Это способ ведения войны, который предпочитают россияне и которого украинцы предпочли бы избежать. Это была тяжелая и разрушительная битва, в которой многие жизни были потеряны с обеих сторон ради незначительных тактических успехов россиян».
HIMARS — незаменимая помощь?
«Появление на фронте [американских реактивных систем залпового огня] HIMARS изменило эту динамику, — считает Райан, имея в виду безуспешную оборону ВСУ Донбасса. — Это позволило украинцам перестроить свои оборонительные операции на востоке и адаптироваться к атакам российской силы (прежде всего, артиллерии), нанося удары по ее складам боеприпасов. Украинцы повторно применяют тактику, которую они так успешно использовали в начале войны. Это украинские „удары вглубь“, неотъемлемая часть их стратегии коррозии».
Еще одной ключевой целью для ракет, наряду со складами боеприпасов для российской артиллерии, Райан называет узлы управления и контроля, или, другими словами, командные пункты с высшими российскими командирами. Возможность быстро нацеливаться на них и использовать HIMARS для нанесения максимального разрушения жизненно важна для ВСУ, считает он. Потому что, помимо физического, таким образом происходит и психологическое воздействие. Ликвидация штаба также означает ликвидацию важных узлов координации, нарушая единство и координацию российских сил. Потери среди солдат РФ еще больше ухудшают их боевой дух и сплоченность.
«Моральный дух России подрывается из-за поражений на полях сражений на юге, снижения доступности артиллерии и уничтожения складов снабжения (подтверждения этому есть в социальных сетях), — считает австралиец. — Украинские новшества, такие, как применение доступных коммерческих дронов для сбрасывания гранат на позиции РФ, тоже сказываются. Использование социальных сетей, в которых демонстрируются недостатки армии России, усилило эту моральную коррозию. Падение морального духа привело к снижению боевой дисциплины, дезертирству русских, бегству на поле боя и, что ужасно, частым военным преступлениям».
Выше мы упоминали один из аспектов «стратегии коррозии» — интеллектуальный. Что же это такое? Из-за ряда предыдущих неудач россияне пытаются добиться хоть каких-то побед, считает Райан. А поэтому они зачастую идут на более высокие оперативные и тактические риски в своих операциях, не задумываясь о последствиях.
«В более широком смысле россияне вынуждены формировать добровольческие батальоны, которые не будут так хорошо оснащены или обучены, не будут иметь такой высокий уровень командования, как российские войска, вступившие в Украину в феврале. Это разъедает российские вооруженные силы и их способность поддерживать операции в долгосрочной перспективе», — считает эксперт.
И какой прогноз?
«Украинская последовательность в реализации своей „стратегии коррозии“ теперь приводит к тому, что российская армия находится под давлением, не имея достаточных подкреплений, чтобы заменить все более истощенные силы, которые подвергаются физическим и психологическим атакам, — оценивает нынешнюю ситуацию Мик Райан. — В стратегическом же плане украинцы подрывают международное положение России своими операциями глобального влияния. И они заручились стратегическими обязательствами ЕС и НАТО».
По словам Райана, Украина в основном отказалась воевать так, как хотела бы этого Россия. Она разработала и внедрила свою собственную военную стратегию и смогла ее реализовать.
«Разъедая российскую армию физически, морально и интеллектуально, украинцы развили военное искусство. Так выглядит война XXI века. Украинцы оказались в этом мастерами», — подводит черту эксперт.
