Пять лет прошло с тех пор, как 11 марта 2020 года ВОЗ объявила о пандемии коронавируса. По данным организации, всего вирусом заразились более 777 млн человек во всем мире, непосредственно от него умерли 7 млн, а общее количество смертей от любых причин, так или иначе связанных с вирусом, достигло ошеломляющих 15 млн, пишет Русская служба Би-би-си.
На пике пандемии правительства предпринимали беспрецедентные меры, объявляя локдауны и отправляя население, по сути, в принудительные карантины, длившиеся по несколько месяцев. В общей сложности локдауны коснулись 2,6 млрд человек.
Разрушительные последствия пандемии до сих пор ощущаются по всему миру, но нет худа без добра, и некоторые аналитики указывают на положительные уроки, которые удалось извлечь из этого мрачного периода.
Так, по словам специалиста по стрессу и травмам, а в прошлом — профессора Брюссельского свободного университета Элке ван Хооф, локдауны стали «крупнейшим психологическим экспериментом в истории».
Мы отобрали четыре самых, на наш взгляд, позитивных аспекта, которые можно рассматривать в качестве наследия того сложного периода.
Прорыв в технологиях производства вакцин
Ученым понадобилось всего девять месяцев на разработку эффективной вакцины от ковида (вируса Sars-Cov-2). И добились они этого благодаря технологии, которая совершила революцию в области прививок во всем мире.
Синтетический РНК-мессенджер (мРНК, транспортно-матричная РНК) уже и так несколько лет изучался в качестве эффективного механизма для разработки программ массовой вакцинации, но эта разработка резко ускорилась с приходом пандемии ковида.
Компании Pfizer (США) совместно с BioNtech (Германия) и Moderna (США) в своих исследованиях применили механизм мРНК для создания вакцины в рекордные сроки, что позволило миллионам людей сделать прививки, защитившие их от наихудших последствий вируса.
8 декабря 2020 года 90-летняя британка Маргарет Кинан стала первым на Западе человеком, которому сделали прививку от ковида. Венгерский биохимик Каталин Карико и американский иммунолог Дрю Вайсман, разработавшие эту вакцину, получили за это в 2023 году Нобелевскую премию по медицине.
Доктор Маргарет Харрис, эксперт ВОЗ по общественному здравоохранению, называет эту гонку за вакциной одним из величайших позитивных аспектов пандемии.
«Мы стали свидетелями невероятно быстрого развития технологий», — заявила доктор Харрис в интервью Би-би-си.
«Транспортно-матричная РНК к тому времени уже была известна, но теперь мы видим, как она используется для новых разработок, в том числе вакцин от рака», — добавила она.
Профессор Эдинбургского университета и автор книги «Предотвратимо: как пандемия изменила мир и как остановить следующую пандемию» Деви Сридхар утверждает, что извлеченные из пандемии уроки позволяют эффективнее выявлять и идентифицировать новые вспышки вирусов.
«Наш научный потенциал повысился, наши платформы стали более продвинутыми, — говорит она. — Если в начале пандемии ставился вопрос о том, будет ли вакцина, то теперь — вопрос в том, как быстро мы сможем ее произвести».
Кроме того, извлечены уроки, как лучше подготовиться к следующей пандемии, говорит она. К примеру, в странах, которым, «судя по всему, удалось добиться лучших результатов, до пандемии было более здоровое население».
Новая эра в сфере образования
Закрытие школ имело катастрофические последствия для детей во всем мире. По словам главы отдела образования Межамериканского банка развития Мерседес Матео, резкое увеличение числа учащихся, бросивших школу, и отсрочка с обучением на уровне начального и среднего образования остаются одними из самых тяжелых последствий пандемии.
Но, несмотря на неудачи, Матео видит позитивный сдвиг в том, как воспринимается сегодня образование.
«Действительно, перенос дебатов об образовании в XXI век <…> оказал очень позитивное влияние на переосмысление всей системы образования», — заявила она в интервью Би-би-си.
«Во время пандемии стало ясно, что сфера образования остается одной из наименее оцифрованных», — объясняет Матео, и любые изменения в этом направлении сталкиваются с ощутимым сопротивлением. Но, по ее словам, COVID-19 все же заставил перейти к более гибкому гибридному образованию.
В результате, говорит Матео, идея использования классной комнаты как исключительно физического и статичного пространства осталась в прошлом.
Проблемы пандемии выдвинули сферу образования на более высокие позиции в политической повестке дня.
Кроме того, с точки зрения Матео, пандемия повысила осведомленность о роли школ в современном обществе.
Сдвиг парадигмы в сфере труда
Волны молниеносных увольнений и последовавшее за ними обнищание значительных слоев населения стали одним из самых серьезных последствий COVID-19. Пандемия также привела к тому, что на рынке труда в различных сферах стало меньше молодых людей и женщин, что остается одной из самых серьезных проблем для мировой экономики.
Как говорит специалист по вопросам экономики труда Международной организации труда (МОТ) Герсон Мартинес, одним из уроков периода пандемии стало то, что политика защиты занятости и доходов (например, долгосрочные отпуска без потери рабочего места) помогла смягчить удар от замедления экономики. Он не сомневается, что такие стратегии ускорили ее восстановление.
Хотя рынок труда восстановился относительно быстро, в своем последнем отчете МОТ предупреждает, что этот процесс выдыхается из-за таких факторов экономического давления, как геополитическая напряженность, изменение климата и растущий государственный долг.
Но, пожалуй, самым очевидным преобразованием рабочего процесса стал переход к удаленной и гибридной работе. Несмотря на то, что многие мировые компании сейчас настаивают на полном возврате к работе в офисах, данные о преимуществах гибридной работы в том, что касается производительности, неоднозначны.
Многие правительства приняли продвинутое законодательство об удаленной работе, например, ввели большую гибкость и законы о «праве на отключение» (в таких странах, как Ирландия и Франция).
Кроме того, по мнению Мартинеса, технологическая революция, начавшаяся с пандемией, предоставила также «золотую возможность» для более быстрого повышения производительности, например, с использованием искусственного интеллекта для оптимизации процессов в различных отраслях.
Важность душевного здоровья
Жизнь взаперти, неопределенность, одиночество, страх и отчаяние, распространившиеся по всему миру, уже сами по себе стали причиной для психологической травмы.
Такие организации, как ВОЗ и Панамериканская организация здравоохранения (ПАОЗ), провели углубленные исследования роста депрессивных и тревожных расстройств, а также распространенности суицидального поведения и мыслей после пандемии.
Однако по мнению психолога Лауры Рохас-Маркос, специалиста по тревожности, стрессу и депрессии, пандемия повлияла на «нашу эмоциональную память и наше отношение к происходящему <…>. Это был поворотный момент, сопровождающийся не только страданиями, но и обучением, приобретением новых знаний».
Она говорит, что теперь мы лучше осознаем, как важно заботиться о нашем психическом здоровье «не как о чем-то отдельном от тела, а как о чем-то <…> полностью с ним связанном».
«Люди воспользовались возможностью пересмотреть свою жизнь и научились не принимать других людей, свое окружение и даже свое собственное существование как должное», — добавляет она.
Как показало исследование 2022 года, заказанное Всемирной службой Би-би-си у компании GlobeScan, около трети людей, опрошенных в 30 странах, заявили, что они чувствуют себя лучше, чем до пандемии. Многие из них признались, что теперь проводят больше времени с семьей, лучше ощущают связь с сообществом, в котором живут, и с природой и в целом лучше осознают свои приоритеты. Все эти сдвиги, по данным опроса, оказали в целом позитивный эффект.
Пандемия также вызвала радикальные и далеко идущие перемены в том, как психологи теперь проводят свои терапевтические сеансы, широко используя видеосвязь. Такой гибкий поход, к примеру, позволяет психологам общаться с украинскими солдатами прямо на поле боя или с пациентами, которые живут в труднодоступных районах.
Пандемия также заставила нас притормозить и всерьез задуматься о человеческой стойкости и сострадании, двух основных, по мнению Лауры Рохас-Маркос, элементах, составляющих нашу суть. По ее словам, именно знаки человеческой солидарности были теми самыми яркими моментами, которые помогли скрасить трагедию.