Почти весь 2022 год журналист американского журнала TIME Саймон Шустер провел в самом сердце украинской власти — он получил уникальный доступ в Офис и бункер президента Владимира Зеленского и общался не только с лидером Украины, но и его командой: членами правительства, советниками, помощниками, генералами и первой леди. В итоге журналист опубликовал книгу «Шоумен: Владимир Зеленский и война в Украине», которую, пожалуй, можно назвать главной об украинском президенте прямо сейчас. Шустер дал большое интервью «Зеркалу», оно выйдет немного позже, сегодня же мы публикуем отрывок из него — о предстоящих (или возможных — тут как получится) переговорах России и Украины в Турции.
— Мы с вами говорим за два дня до переговоров в Стамбуле, куда собирается прилететь и Владимир Зеленский. Будет ли Владимир Путин — неясно. Вы жили в России, пишете о войне с самого ее начала в 2014 году, знаете лидера Украины. Президенты двух стран уже пытались провести переговоры в 2019 году, закончилось не очень. Как думаете, в этот раз они способны договориться?
— Путин не показывает ни малейшего желания вести переговоры или заканчивать войну. Это очевидно. Честно говоря, меня шокирует его поведение. Я не могу для себя понять, почему он именно так ведет войну на дипломатическом фронте.
В начале каденции Дональда Трампа, когда в феврале этого года он начал активно стараться добиться мира в Украине, президент США был готов к перезагрузке в отношениях с Россией. И его риторика часто повторяла позиции Москвы. Он даже сказал, что пригласил бы Россию обратно в G7 (объединение семи крупнейших экономик мира, за исключением Китая: США, Великобритании, Франции, Германии, Италии, Канады и Японии. — Прим. ред.). Очевидно, что для Путина был шанс наладить отношения с США и таким образом сильно ослабить позицию Украины на международной арене. И таких шансов было много.
Например, когда представитель Белого дома Стив Уиткофф приезжал на встречу с Путиным в Кремле и у них были теплые разговоры, потом чиновник возвращался в США и повторял многие аргументы России о начале войны, что, конечно, было очень тревожно для Зеленского и украинского руководства.
Но Путин по причинам, которые мне совершенно непонятны, просрал эту дипломатическую возможность. Почему? Как? В апреле, когда всеми силами Трамп и его команда старались добиться мира, Россия сначала атаковала Сумы, потом Киев ракетными ударами по гражданскому населению. Погибли десятки мирных людей, пострадало много детей. И Трамп это все видел и, конечно, был в шоке или, по крайней мере, непонимании: как это так, я стараюсь выполнить свое обещание американскому народу о том, что закончу эту войну, а Путин в ответ устраивает кровавые бани?
Естественно, это поменяло позицию Трампа. И мы видели, что Зеленский воспользовался этим моментом, чтобы перетянуть президента США обратно на сторону Украины. Он показал ему: смотрите, что Путин делает, вы думаете, он хочет мира? А как же ракеты, которые бьют по нашим городам и убивают людей? Как Трампу ответить на это? Конечно, он не может продолжать говорить при таких атаках, что Путин готов к мирному соглашению. Это очевидно не так.
Но почему Путин не мог воздержаться от массовых убийств хоть на две недели, месяц? Не хочешь прекращения огня — хотя бы не убивай мирных людей 30 дней. Можешь остановить эти бомбардировки? Нет. Естественно, это поменяло отношение Трампа к российской позиции и к Путину лично. И сейчас, в преддверии возможных переговоров в Стамбуле, позиция главы России выглядит очень слабо, потому что президент США не склонен верить ни Путину, ни русским, что они хотят мира.
— По-вашему, какие эмоции Зеленский испытывает к Путину и способен ли лидер Украины отбросить их и договориться о чем-то с президентом России?
— Я думаю, да. Это ему очень свойственно. Он всегда старается при возможности разговаривать даже со своими врагами один на один и найти в них что-то, что может использовать в переговорах, чтобы переубедить человека. У него это хорошо получается и у него оправдано очень высокая оценка собственных возможностей как коммуникатора.
И, честно говоря, после второго года войны я уже не думал, что Зеленский когда-то будет готов лично разговаривать с Путиным. Он выпустил указ, который запрещал переговоры лично с главой РФ, но последние дни он говорит, что готов.
Конечно, это тоже умный дипломатический ход, потому что для Зеленского сейчас очень важно доказать Трампу, что Россия не хочет мира и вести какие-либо переговоры, хочет только продолжения войны, а настоящий партнер для США на пути к мирному урегулированию — Украина. [Он это делает] довольно успешно. И, чтобы быть убедительным в этом, он должен показывать свою готовность вести переговоры, в том числе лично с Путиным. Я думаю, если президент России вдруг прилетит в Стамбул, то Зеленский с ним встретится.
Какие чувства он испытывает к нему? Ненависть.
